frankensstein (frankensstein) wrote,
frankensstein
frankensstein

Categories:

Тупик агитпропа

Не люблю перепостов, но вот здесь очень хорошо о российской пропаганде:

Российский агитпроп, да и всю российскую «вертикаль» подвело то, что они считали и считают своим главным достоинством: опора на так называемое «советское прошлое». Потому что это, как выяснилось, подразумевает отсутствие своего собственного языка. Приходится пользоваться советским, усвоенным с детства. А советский язык подразумевает все остальное – советские мемы, штампы, советскую картину мира.

Майдан – это страшная засада для советской машины агитпропа, любовно воссозданной в РФ. У «новых российских» просто нет языка, чтобы его не просто описать, но и осудить (а ведь задача стоит именно так!) Нет подходящих слов.

Для СССР большинство окружающих стран были вражескими, «во власти буржуазии», и он делал ставку на расшатывание режимов в этих странах. Соответствующим образом строилось воспитание «подрастающего поколения» буквально начиная с детского сада.

Что такое Майдан – «революция»? Но революция на языке Совка – это однозначно положительное слово, даже более прогрессивное, чем само слово «прогресс». «Восстание»? Но это тоже положительное слово! «Народные массы схватились с полицией»? Советский мем, привычный уху совка по миллионам газет и телепередач. Советскому не надо объяснять, кто прав в таком противостоянии: «народ» ВСЕГДА прав в противостоянии с полицейскими!

Если вслушаться чутким советским ухом, то даже слово «бунт» по-советски имеет в глубине четкую положительную коннотацию. А это значит, что заклеймить майдановцев тем, что, они, дескать, «бунтовщики» - тоже не получится.

Куда ни ткни при описании Майдана – везде один эффект. Демонстрация? Митинг (напрашивается, как у собаки Павлова, рефлекторное продолжение – «трудящихся»)? Однозначно положительное действо! «Восставшие построили баррикаду и вступили в схватку с полицией»? О-о, «баррикада» - какое мужественное, романтическое, однозначно положительное слово!! Какое там благородное, раскатистое «ррр!»

Даже такая деталь, как «коктейль Молотова», который протестанты кидали в «Беркут» - и та работает в положительном ключе на имидж Майдана. Скрытая отсылка к ВОВ, сталинскому железному наркому, стойкости безоружных красноармейцев перед атаками превосходящих сил… - все это «вшито» в эти два словечка…

Тут уместно спросить, особенно тем, кто совок уже подзабыл: как же так?! А как же совок, то есть собственно советская идеология, описывала возможную борьбу трудящихся против самой Советской власти за свои права? Ведь должен был существовать какой-то подход!

В том-то и дело, что нет. В этом месте у идеологов СССР была лакуна. Пустое место. На вопрос – «что такое демонстрация советских трудящихся против советской власти» они могли только пробормотать что-то вроде «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда». И тут же сообщить о вопрошающем «куда следует». В «компетентные органы».

Да, потому что ответ был только такой. Ввиду отсутствия приемлемого идеологического – репрессивный. Просто в рамках советского строя были вопросы, КОТОРЫЕ ЗАДАВАТЬ НЕЛЬЗЯ. И даже «нельзя думать в эту сторону». За соблюдением правила тщательно следил комсомол, партийные органы и, конечно, КГБ.

Это, кстати, одна из причин быстрого краха СССР. Когда Горбачев «отпустил гайки» и стали возможны массовые демонстрации ПРОТИВ – СССР пал. Он попросту не мог этого объяснить. Произошел массовый разрыв шаблона. Совковый язык «отказал» - массам пришлось отказаться от него.

И вот теперь – на Майдане – с этой же проблемой столкнулся путинский агитпроп.

Похожую проблему он уже решал в 2004 году, во время первого Майдана. Там извернулись все еще помнят как: было решено считать, что на украинском Майдане бесновались «наймиты Госдепа», получившие грязные сребреники от проклятых империалистов Запада. Положительный флер «демонстрации» и «восстания» решили перекрыть с помощью других советских же мемов: ненавистью к «продажности» (с точки зрения совка что-либо делать за деньги – позорно, хорошо работать можно только за идею, то есть бесплатно) и к «проклятому Западу», который «вербует предателей». Сработало не очень, но в целом постсовковый обыватель кое-как удовлетворился и даже принял такое объяснение.

Однако в 2014 году проблема ЕвроМайдана встала с еще большей остротой. Люди там не просто стояли месяцами – они еще и шли под пули и шумовые гранаты, то есть, с точки зрения все того же базового совкового отношения к миру – проявляли героизм. Такое уже не объяснишь «продажностью»; с точки зрения совка деньги и героизм – две вещи несовместные. Это грозило тем же разрывом шаблона.

Что было делать «птенцам гнезда Суркова», путинским пропагандистам»? Свой язык у них создать не получилось. Была попытка – «суверенная демократия» и все такое – но она очевидно не удалась. Если бы народу начали объяснять, что на Украине при Януковиче, как и в России, «сувенирная демократия», а вот ее, в отличие от всех прочих, трогать ни в коем случае нельзя – народ бы этого просто не понял.

Пришлось возвращаться к тому же языку совка. И в нем удалось отыскать последний шанс «перебить» очарование Майдана – наклеить на него страшный ярлык «фашистский». «Фашизм» - это такой же совковый мем, как и «революция», только с противоположным знаком. Если «революция» обозначает все самое хорошее, что только может быть, то «фашизм», наоборот – все самое плохое. Само слово вызывает у воспитанного в совке или совками однозначную реакцию неприятия. Вообще «фашизм» - страшное клеймо, но вместе с тем и последнее средство. Оно – как ядерное, «оружие последнего шанса». Применение этого клейма выдает отчаяние путинского агитпропа, его неспособность «справиться» с идеей Майдана как-то еще.

То есть я убежден, что сами путинские пропагандисты, конечно же, ни секунды не думают, будто бы на Украине в самом деле бушуют какие-то страшные «фашистюги». Руководители российского «ящика» боятся жутких «бандеровцев» ничуть не больше, чем полпотовцев – и уж, конечно, много меньше, чем «володинцев». На самом деле они, как могли, решали чисто ТЕХНИЧЕСКУЮ задачу – как показать события на Украине, вызвав у российского обывателя ужас и отвращение к Майдану и всему, что связана с украинской «революцией снизу». Ничего лучшего, чем прибегнуть к мему «фашизм» и педалировать его что есть сил, им придумать не удалось.

Результат, однако, все равно двойственный. «Фашистское восстание», «фашисты построили баррикады и стали кидать коктейли Молотова» - все это для уха россиянина-постсовка звучит каким-то диким, неосознаваемым диссонансом. Парадоксом. Примерно так, как «добрый убийца» или «подлый спаситель». А массовое сознание терпеть не может парадоксы, оно от них болеет.

Вызвать массовую, утробную ненависть к Украине как таковой агитпропу удалось. Но надолго ли? И какой ценой?! И сознают ли работники агитпропа, ЧТО они натворили? Их ведь просили вызвать ненависть конкретно к Майдану.

Отсутствие языка. Про это гениально сказал Маяковский:
«Улица корчится, безязыкая, ей нечем кричать и разговаривать».
Tags: Россия, революция-2014
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 100 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal